Принятие решений в неопределенности стр.84

Логические принципы атрибуции или эгоцентрические предубеждения

Современная теория атрибуции преследовала две отличительных, но взаимодополняющих цели. Во-первых, продемонстрировать, что оценки и выводы человека согласуются с некоторой логической или рациональной моделью. Во-вторых, проиллюстрировать и объяснить источники предубеждений или ошибки, которые искажают эти, по большому счету, правильные оценки и выводы. Мы кратко рассмотрим так называемые логические или рациональные правила, используемые интуитивным психологом, а затем остаток главы посвятим источникам ошибок в его попытках понимания, прогнозирования и управления событиями, которые разворачиваются вокруг него.

Принципы “ковариации” и “дисконтирования”. Люди должны, в большинстве случаев, разделять общее понимание социальных действий и исхо дов, которые их затрагивают, поскольку без такого согласия, социальное взаимодействие было бы хаотичным, непредсказуемым и неуправляемым. Самоанализ, проведенный теоретиками в области атрибуции, подкрепленный лабораторными доказательствами, привел к утверждению набора “правил”, которые могут использоваться в интерпретации поведения и исходов. Эти правила “здравого смысла” или схемы аналогичны, в некотором смысле более формальным правилам и процедурам, которым следуют социологи и статистики в своем анализе и интерпретации данных.

Келли, Джонс и их помощники выделили два случая, в которых могут применяться логические правила или схемы. В случае множественного наблюдения приписывающий имеет доступ к поведенческим данным, которые могли бы быть представлены как строки или колонки матрицы ответов: действующий субъект х объект х ситуация (или случай). Как правило, в этой области исследований участникам даны скорее заключительные утверждения, чем фактические ответы. Таким образом, потенциальный приписывающий узнает, что “Большинству театралов нравится новая пьеса Пинтера”, или “Мэри очень жалеет беспризорных животных” или “единственная телевизионная программа, которую смотрит Энн - Masterpiece Theatre. ” В случае единичного наблюдения приписывающий должен рассматривать поведение единственного человека в одном случае. Например, он может видеть, что Сэм исполняет просьбу экспериментатора нанести болезненный удар другому человеку, или он может узнать, что “Луи поставил все свои деньги в Pimlico.”

Логические правила или принципы, управляющие атрибуциями в этих двух случаях, довольно различны (Kelley, 1967,1971,1973). В случае множественного наблюдения приписывающий применяет “принцип ковариации”; то есть он оценивает степень, в которой наблюдаемое может происходить в отсутствие каждого рассматриваемого причинного фактора. Соответственно, приписывающий делает вывод, что новая пьеса Пинтера - хороша в той степени, что она нравится широкому кругу театралов, вызвала похвалу людей, которым нравится мало пьес (например, “критикам”), и что ей рукоплескали так же энергично на девяностый день ее постановки, как и на девятый.

В случае единичного наблюдения стратегия оценки приписывающего включает применение “принципа дисконтирования”, с помощью которого социальный наблюдатель “обесценивает” роль любого причинного фактора в объяснении события настолько, насколько другие вероятные причины или детерминанты могут быть идентифицированы. Этот принцип атрибуции может быть по-новому сформулирован скорее в терминах социальных выводов, чем причинных атрибуций: насколько ситуативные или внешние факторы предоставляют “достаточное” объяснение события, настолько это событие приписано ситуации, и логически невозможно сделать никакого вывода (возможно, и опытным путем) относительно поведения человека. Наоборот, в какой степени действие или исход происходит вопреки, а не благодаря сопутствующим ситуативным силам, настолько соответствующее событие приписывается человеку и делается “соответствующий вывод” (Jones и Davis, 1965), то есть приписывающий выводит существование и влияние некоторой черты, способности, намерения, чувства или другого свойства, которое могло объяснить действие актора или исход. Таким образом, мы не согласны с выводом, что крайне рискованная азартная игра Луи в Pimlico настолько отражала его устойчивые личные качества, что необходимо упомянуть такие факторы, как хорошие чаевые, глубокий финансовый кризис или то, что до игры он выпил семь рюмок мартини. С другой стороны, мы сочтем Луи неисправимым азартным игроком, если узнаем, что он играл, несмотря на угрозу жены уйти от него, если он когда-нибудь снова потратит зарплату на скачках, несмотря на то, что он знал, что не сможет оплатить жилье, если проиграет, и, несмотря на подслушанное замечание эксперта, что фаворит на скачках проявляет себя «даже лучше, чем согласно предварительным оценкам».


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒